Народное ополчение и освобождение Москвы 1612 года

4 ноября – День народного единства.

 

          День народного единства — российский государственный праздник. Отмечается 4 ноября, начиная с 2005 года.

 



История возникновения праздника

 

22 октября (1 ноября по григорианскому календарю) 1612 года бойцы народного ополчения под предводительством Кузьмы Минина и Дмитрия Пожарского штурмом взяли Китай-город, гарнизон Речи Посполитой отступил в Кремль. Князь Пожарский вступил в Китай-город с Казанскою иконой Божьей Матери и поклялся построить храм в память этой победы. 26 октября (5 ноября по григорианскому календарю) командование гарнизона интервентов подписало капитуляцию, выпустив тогда же из Кремля московских бояр и других знатных лиц. На следующий день (27 октября) гарнизон сдался. В конце февраля 1613 года Земский собор избрал новым царём Михаила Романова, первого русского царя из династии Романовых.

           В 1649 году указом царя Алексея Михайловича день Казанской иконы Божией Матери, 22 октября (по юлианскому календарю), был объявлен государственным праздником, который праздновался в течение трех столетий вплоть до 1917 года, Согласно православному церковному календарю в этот день отмечается «Празднование Казанской иконе Божьей Матери (в память избавления Москвы и России от поляков в 1612 году)», приходящееся на 22 октября по юлианскому календарю. Из-за увеличения за прошедшие века разницы между юлианским и григорианским календарём этот день сместился на 4 ноября. Именно эта дата — 22 октября по юлианскому календарю, или 4 ноября по григорианскому календарю — выбрана в качестве дня государственного праздника.

 

            Смута в России в конце 16 – начале 17 века стала потрясением, поколебавшим самые основы государственного строя.    

 В Смуту как раз беспредельничали Лжедмитрии. Не могли разделить властные полномочия между собой все бояре. А Речь Посполитая (Польша) уже планировала, где и что на Руси возведет, когда приберет ее к рукам.

  Ополчение Минина и Пожарского уникально тем, что это единственный пример в русской истории, когда судьбу страны и государства решил сам народ, без участия власти как таковой. Она тогда оказалась  банкротом.  Народ скидывался на вооружение последними грошами и шел освобождать землю и наводить порядок в столице. Воевать шли не за царя – его не было. Рюрики закончились, Романовы еще не начались. Наши пра-пра-пра-пра-много раз пра-деды шли воевать за землю, и они победили. Тогда объединились все сословия, все национальности, деревни, города.

           Смутное время, Великое Московское разорение, Лихолетье – таково устоявшееся в исторической науке и литературе обозначение периода государственного кризиса в конце XVI - начале XVII века. Предпосылок для Смуты было много.  Так, в годы опричного правления царя Ивана IV  и неудачной для России Ливонской войны на страну обрушился целый ряд бедствий, породивших социальную напряженность во всех слоях русского общества. Уходя от налогового бремени, многие русские люди бежали на окраины страны, превращаясь в вольных людей – казаков. Именно в эти годы интенсивно заселялись степные пространства на юге страны. Правительство, обеспокоенное массовым бегством тяглого населения в 90-е г.г. XVI века, временно запретило переход крестьян от одного владельца к другому в Юрьев день (указ 1592-1593 гг.) и установило пятилетний срок розыска и возврата беглых тяглецов на старое место (указ 1597 г.). Так был сделан решительный шаг к полному закрепощению крестьян.  В 1584 году после смерти Ивана Грозного царем стал его 27-летний сын Федор. В период его царствования вся полнота власти принадлежала боярину Б.Ф.Годунову. 15 мая 1591 года в Угличе при невыясненных обстоятельствах погиб сводный брат царя Дмитрий Иванович, Федор Иванович умер бездетным. Таким образом, династия Рюриковичей пресеклась, в стране разразился династический кризис. Созванный в феврале 1598 г. Земский собор избрал новым царем Бориса Федоровича Годунова. Он стал на Руси первым «выборным царем» и продолжил политику Ивана Грозного более мягкими средствами.  Начало XVII века ознаменовалось страшным трехлетним голодом  и массовым мором, погубившим до трети населения страны. В одной лишь Москве на трех братских кладбищах («скудельницах») захоронили более 127 тысяч людей. Повсеместно помещики, оказавшиеся не в состоянии кормить своих холопов и дворовых слуг, выгоняли их из своих усадеб. Обреченные на голодную смерть люди объединялись в разбойничьи отряды, грабившие и разорявшие целые округи. То была первая волна смуты. По самым осторожным подсчетам это стихийное и пока еще явно разбойничье движение охватило 19 западных, центральных и южных районов страны. Все эти события самым отрицательным образом сказались на авторитете царя Бориса Годунова, не имевшего в глазах современников того сакрального значения, которое было у прежних «прирожденных» государей. В этих условиях стало неизбежным появление царей-самозванцев.

 В 1601 г. в Речи Посполитой объявился молодой человек, выдававший себя за чудесным образом спасшегося царевича Дмитрия. Историки предполагают, что это был Юрий Богданович Отрепьев, сын небогатого галичского дворянина, ставший монахом московского Чудова монастыря под именем Григорий. В русскую историю этот самозванец вошел под именем Лжедмитрия I . В Польше, куда бежал Григорий, он обрел покровителя – воеводу города Сандомира Юрия Мнишека. Договорились, что Григорий женится на его дочери Марине, а когда сядет на русский престол, отдаст ей во владение Новгородскую землю. Речи Посполитой он обязался передать Смоленскую и Северскую земли. Заручился самозванец и поддержкой католической церкви. Тайно приняв католичество, Отрепьев после восшествия на престол должен был ввести католичество на русских землях. В конце 1604 г. с небольшим отрядом своих сторонников самозванец вступил в пределы Московского государства. Он шел к столице через Чернигов и Северские земли, где находилось немало казаков и холопов, недовольных политикой Годунова. Войско Отрепьева росло с каждым днем. На его сторону один за другим переходили русские города. Повсюду радостно встречали законного царя Дмитрия.

         В апреле 1605 г. наследником внезапно скончавшегося Бориса Годунова стал его 16-летний сын Федор. Однако царствование Федора оказалось быстротечным. Люди Лжедмитрия, расчищая самозванцу дорогу к трону, проникли в Кремль и сначала удавили овдовевшую царицу, а затем удушили самого юного государя. А в июне 1605 г. так называемый царевич Дмитрий Иоанович торжественно вступил в Москву и венчался на царство. Ему удалось склонить на свою сторону большинство Боярской думы.

 Народ поначалу приветствовал самозванца, поскольку связывал с ним надежды на доброго государя. В этом и заключался успех столь легкого восшествия Отрепьева на российский престол. Однако Лжедмитрий не оправдал ни надежд Польши, ни чаяний собственного народа. Он оказался между двух огней: взяв обязательства перед поляками, должен был выполнить их, но понимал, что это вызовет недовольство в России. Поэтому Отрепьев не торопился ни отдавать русские территории Речи Посполитой, ни вводить в стране католичество. Вместо обещанных земель полякам предложили денежный выкуп. Повседневная деятельность нового царя и его ближайшего окружения, выказанное им открыто пренебрежение старорусским обычаям, вызвало резкое неприятие и церкви, и боярства, и большинства посадских людей. Особенно недовольны были москвичи, страдавшие от произвола казачьего и шляхетского окружения самозванца. До крайности накалила обстановку его женитьба на знатной полячке Марине Мнишек, пышная свадьба с которой состоялась 8 мая 1606 г. Вместе с Мариной прибыла многочисленная вооруженная свита, наводнившая Москву. Поляки вели себя нагло и бесцеремонно: вламывались в дома, грабили народ, пускали в ход сабли, оскорбляли и обижали русских людей, смеялись над православной верой, то есть вели себя как захватчики. В народе пошли толки о том, что царь отвернулся от православных обычаев и потворствует латинянам. 17 мая столица восстала, а бояре расправились с Лжедмитрием. Труп Отрепьева выволокли за Спасские ворота и сожгли, а пеплом, по легенде, зарядили пушку и выстрелили в сторону Польши. Лжедмитрий стал первым русским царем, убитым в результате дворцового переворота.

 Новым царем был наскоро, без созыва Земского собора, прямо на Красной площади, «выкрикнут» старый знатный московский боярин Василий Иванович Шуйский, возглавивший заговор против Лжедмитрия I и давно желавший надеть государев венец. Однако прекратить «междоусобную брань» в Московском государстве новый властитель не смог: когда началась польская интервенция в русские земли, собственные бояре свергли Василия Шуйского, насильно постригли его в монахи и выдали полякам.

      В 1610 г. власть в Москве захватило боярское правительство, состоящее из семи бояр – «Семибоярщина». Это правительство, ориентированное на собственные интересы, признало русским царем польского королевича Владислава, сына Сегизмунда III, и в ночь с 20 на 21 сентября 1610 г. тайно впустило польские войска в Москву и в Кремль. Тогда же шведы, нарушив союз с Россией, захватили Новгород. Таким образом, над Российским государством нависла угроза полной гибели…

 

          Народное ополчение и освобождение Москвы 1612 года

 

            Зимой 1611 г. Прокопий Ляпунов в рязанской земле организовал народное ополчение, к нему присоединились жители Нижнего Новгорода, Мурома, Ярославля, Вологды, Костромы и казаки И. Заруцкого. Весной ополчение подошло к Москве, москвичи поднялись на восстание. Но силы были неравны. Польский король Сигизмунд взял в заложники часть посольства, в том числе и митрополита Филарета, отца будущего основателя династии Романовых.

            Народное ополчение под руководством Минина и Пожарского возникло в сложной обстановке, после захвата интервентами значительной части страны, в том числе Москвы и Смоленска, и распада вследствие острых противоречий первого ополчения 1611г. Неудача первого земского ополчения огорчила, но не обескуражила земских людей. В провинциальных городах скоро снова началось движение за организацию нового ополчения и похода на Москву. На этот раз исходным пунктом и центром движения стал Нижний Новгород во главе с его знаменитым земским старостою Кузьмою Мининым. Минин не был простым  нижегородским мужиком. Он торговал и был одним из видных людей в городе. Нижегородцы избрали его в число земских старост, стало быть, ему верили. Управляя делами нижегородской податной общины, он должен был привыкнуть вести большое хозяйство города и обращаться с большими деньгами, какие собирались с мира земскими старостами в уплату податей. Мимо него, как излюбленного человека, представителя нижегородских людей, не проходила неизвестной ни одна грамота, адресованная нижегородцами, ни одна политическая новость. Кузьма Минин следил за положением дел и обсуждал дела в городских сходках, которые вошли в обычай в городах, благодаря обстоятельствам смутного времени, они напоминали собой древние веча.

На одном из таких собраний (в октябре или сентябре 1611 г.), под влиянием грамот и вестей от патриарха Гермогена (Гермоген отказался благословить на русский престол иноземную власть и, находясь в заточении,  призвал народ к изгнанию захватчиков), Кузьма Минин поднял посадских тяглых людей на то, чтобы собрать деньги для ополчения и сформировать самое ополчение. Составили приговор о мирском сборе и предъявили его нижегородскому воеводе, князю Звенигородскому, и соборному протопопу Савве, которые созвали в городской собор нижегородцев и, воспользовавшись пришедшей тогда в Нижний патриотической грамотой, подняли вопрос об ополчении. В соборе  нижегородцы читали и обсуждали  пришедшую грамоту. В ней говорилось о необходимости стать на защиту веры и отечества. При чтении грамоты нижегородский протопоп Савва сказал слово, убеждая народ стать за веру. После Саввы заговорил Минин; страстно говорил он о том же, указывая, каким образом нужно действовать: "Захотим помочь Московскому государству, так не жалеть нам имения своего, не жалеть ничего, дворы продавать, жен и детей закладывать и бить челом, кто бы вступился за истинную православную веру и был у нас начальником". Слова Минина произвели большое впечатление. С каждым днем росло его влияние, нижегородцы увлеклись предложениями Минина и, наконец, всем городом решили образовать ополчение, созывать служилых людей и собирать для них деньги. Раньше всего занялись денежным вопросом. Стали собирать добровольные приношения, потому что иных средств не было. Давали нижегородцы много: "третью деньгу", т. е. третью часть имущества; так давать порешил мир, и кто давал меньше, утаивая размеры имущества, с того брали силой. Были люди, жертвовавшие почти все, что имели. На первые нужды денег оказалось довольно.

         Второй заботой было сыскать воеводу. По предложению Кузьмы Минина, избрали Дмитрия Пожарского; князь Дмитрий Михайлович Пожарский жил в то время верстах в 100 от Нижнего Новгорода, в своей вотчине, и лечился от ран, полученных полгода тому назад под Москвой. К нему-то и обратились нижегородцы, минуя своих воевод, князя Звенигородского и Алябьева. Когда депутация от Нижнего пришла к князю и изложила ему желание народа избрать его на такой высокий подвиг, Пожарский сперва долго отказывался, затем, наконец, изъявил свое согласие, но под условием избрания кого-нибудь из посадских людей, который ведал бы в ополчении хозяйственной частью и с ним, Пожарским, "у того великого дела был и казну собирал". При этом он указал на Минина, как на лучшего себе помощника в этом деле.

        Когда ополчение было несколько устроено, оно выступило из Нижнего Новгорода в марте 1612 г. и двинулось по дороге в Ярославль. Сюда оно пришло в начале апреля и пробыло здесь до августа, т. е. в течение трех месяцев. Это время прошло в напряженной работе над восстановлением порядка в стране, над созданием центральных правительственных учреждений, над собиранием сил и средств для самого ополчения. Вокруг ополчения объединилось больше половины тогдашней России; в городах работали местные советы из представителей всех слоев населения, а из Ярославля назначали в города воевод. В самом Ярославле образовался земский собор, или совет всея земли, из представителей с мест и представителей от служилых людей, составлявших ополчение; этот совет и был временной верховной властью в стране.

          Около 20 августа 1612 г. ополчение из Ярославля двинулось под Москву. Известна клятва русского ополчения перед битвой за освобождение Москвы от поляков, где есть такие слова «…Стояти под Москвой и страдати всем…и битись до смерти».

         Польский гарнизон в Кремле и Китай-городе, окруженный со всех сторон и лишенный всякой серьезной помощи, мужественно защищался и дошел до крайней нужды. Но, несмотря на его мужество, Китай-город 22 октября (4 ноября по новому стилю) 1612 г. был взят, а затем сдался русским и Кремль.

 

Память  о  героях  была  увековечена.  Одним  из  первых  памятников  спасителям  Отечества  стал  Казанский  собор  на  Красной  площади  в  Москве.  Он  был  построен  на  средства  Дмитрия  Пожарского  в  1618  году.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В  Нижнем  Новгороде  в  1632  году  был  возведён  Михайло – Архангельский  собор,  в  котором  ныне  покоится   прах  Кузьмы  Минина.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В  начале  19  века  на  народные  средства  скульптором  И.П.  Мартосом  был  создан  первый  в  России   скульптурный  памятник  Минину  и  Пожарскому.  Место  для  него  было  выбрано  в  Н.  Новгороде,  но  Александр  1  приказал  установить  памятник  на  Красной  площади  в  Москве.  В  Нижнем  был  установлен  обелиск – меч.

      4 ноября  2005  года  историческая  справедливость  восторжествовала:  памятник  Минину  и  Пожарскому  всё  же  открыли  в  Нижнем  Новгороде  на  площади  Народного  Единства.  Правда,  это  копия, и она  немного  уменьшена  по  сравнению  с  московским  подлинником.